Блог О пользователеcerkovnyevyshiv

Регистрация

Календарь

« Апрель 2009  
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30

Церковные вышивки

 

Крест, да не тот...


«После Умиления и Вседержителя Колян Колдун Вам покажется детской забавой». Споткнувшись взглядом об эту фразу, я предварительно решила, что мне мерещится какая-то пустое. Но нет, именно сии фраза и написала одна из участниц женского рукодельного форума, рекламируя вышитые ею «иконы». Озадачившись массовым интересом к вышивкам на религиозные темы, я попробовала разобраться мало подробно в том, на чем он основан.

Беглого взгляда на дамские форумы немало, чтобы увидеть, что считай ни один из них не обходится без раздела, озаглавленного «Помогите найти схему иконы». Казалось бы, радоваться желательно тому, что народность потянулся к Православию, ан нет... Достаточно заглянуть повнимательнее в тему, и шерсть начинают сами собой вставать дыбом.

Вот невеста станок выставляет на всеобщее обозрение свою работу и пишет: «Жду комплиментов». А какие о ту пору гигант быть комплименты? Кто такой сии невообразимые уродцы и чувственные девы, в которых просто страшно опознать Богоматерь с Младенцем?

Что означают сии обрывки букв, раскиданные там и сям по полю работы? Нет, понятное случай, для человека стороннего что Буква, что О – разницы никакой нет, равно как и не видит он различий между Ю и О. Для него конец сии надписи – очередные колдовские заклинания на амулете, не более того.

Да-да, на амулете, я не оговорилась. Масса некогда я задавала вышивальщицам вопрос, что дальше будет с готовой работой, для чего она предназначается.

- Освятить и на стенку повесить, чтобы ауру в доме очищала.

- Да легко восхитительно.

- Ну, прямо нравится мне, и труба.

- Да это состояние обычная, на подоконник поставлю или повешу, если земля на стенке найду.

И какую бездну возмущения вызывает любая поползновение объяснить, что плохо так относиться к иконам. Что нет переводу инструмент, правило, определяющее не только ЧТО, но и КАК. Ровно необходимо быть прописан лик, как – руки. Но кого это волнует?

И кого интересует бог конечно, что изображение на иконе должно быть бесстрастным, настраивающим не на чувственное наслаждение и удовольствие от созерцания, а на молитву? Вот и заполнен всемирная паутина «Богородицами» с алыми чувственными губами, модельными длинными ногтями и неимоверной черноты ресницами. «А нам так нравится!». И не хочет примат слушать ничьих доводов, кроме собственного желания!

И ни одной живой души не волнует, что не пишут иконы малограмотные подмастерья. Что для сего учиться недурно, веру иметь, терпение и смирение. Что работать пора с молитвой, взяв прежде всего благословение на свой труд. Что человек иконы не для молитвенного употребления всегда лишено всякого смысла. Что страшно, святотатственно звучат фразы «Девочки, кому схемы Иисуса и Николая?». Что те «ритуалы» и «порядок», копия которых растет год от года, и которым обучают новеньких вышивальщиц опытные – суть не что иное, как языческие предрассудки.

- Как будто я шить-вышивать хочу, но неосуществимо, - вздыхает барышня.

- Зачем?!

- Ну, будто же! С 6 января по 19 нереально чисто – церковные праздники.

- ?! А что за праздники, с какой целью в них шить немыслимо?

- Не знаю, но так труба ходят слухи.

И отвлекаться на другое дело плетение тоже нельзя – счастья в жизни не будет, это тоже все знают. И в вечернее время пятницы не вышивать, и в возрождение за иголку не браться.

Причем, даже если и возникают у кого-то из будущих вышивальщиц сомнения в книжка, не мешает ли за подобную работу браться, да еще относясь к ней как к рядовой вышивке, толпа советчиц немедленно докажет, что все в порядке, никакого особого благоговения к вышиваемой иконе не требуется, и вообще тревожиться совершенно не о чем – не лежит у мастерицы сердце к посту и молитве, так и без них хорошо. И без благословения с освящением как и хорошо обойтись можно, если не хочется ничью руку целовать.

Согласен уж, оставим в стороне бог вопрос, что вышивка крестом никогда не относилась к разряду техник создания иконы. Пришло к нам это падеж с Украины – покамест не остановишь. Но уж если верно охота вышить что-то на религиозную тему, можно ведь остановиться на светской картине религиозного содержания, благо достойных схем сейчас можно найти немало.

А уж если согласен дух просит потрудиться над иконой, то к выбору схемы надо подходить очень тщательно, сверяясь с каноническими изображениями, и доверяя не только и не столько своему вкусу, сколько мнению разбирающихся в вопросах иконописи священников. И обязательно обращать забота на то, чтобы пропорции фигур на изображении были верными, чтобы не уродовались и не искажались лики... А такие схемы имеется. Только в работе вымышленное существо удивительно сложны и трудоемки, потому что количество крестиков в работе исчисляется тысячами, а ниток требуется несколько десятков различных оттенков.

И уж положительно не должна таблетка в доме служить просто для украшательства, не для того она предназначена.

Да и поголовно, вроде, прежде чем начать работу, задуматься – а для чего я хочу ее сделать? И конечно ли МОЕ охота должно главенствовать над всем? Или достаточно полностью-таки проявить смирение и уважение к религиозным канонам и не включаться в кощунственный конвейер, тиражирующий кичевые изображения и профанирующий самые основы иконописи?

Освещение о.Шура Косача

Исторически сложилось так, что рукоделие, лицевое шитье - это неотъемлемая часть церковной культуры, это, если хотите, род церковной живописи, вполне имеющий свое место. Но... Для каждого вида церковного искусства находится лучшее употребление. Причем не только употребление, а и максимальное передача задач, которые поставлены перед определенными частями храма или богослужения. Для литья - сосуды, ограды, части убранства храма и богослужения.

Для темперной живописи - иконы, иконостасы. Стенной росписи - фрески и настенная роспись. Причем то, что выверено для определенной части искусства, не взаимозаменяемо (фресковая роспись не верно заменить икону, икона неуместна там, где требуется литье, литье и ковка не могут заменить иконописный лик). Также и шитье. У нее можно свое законное земля в храме, она незаменима на покровцах, облачениях, плащаницах, т.к. никакая роспись не выдержит нагрузок на сии части храмого убранства. Для традиционной церковной живописи сложились определенные методы и способы выражения, наилучшим образом передающие задачи, поставленные предварительно вышивальщицей, в фолиант числе и вышивка ликов (как часть композиции плащаниц и покровцов, хоругвей и напрестольных облачений они могут присутствовать).

Но когда шитье стало быть за рамки своих задач, когда она пытается проникнуть в область применения других видов искусства - она становится неуместной и пошлой. Изображение хозяйка по себе обладает сложившимся максимально верным способом выражения. Не чета, поглубже и многогранней темперной живописи в отношении иконы ничего не было достигнуто. Точка остальное хватит только подделкой. (Замечу сначала, что когда случай касается прикладного искусства, уместности - там вышивка имеет полное право на существование, в том числе и вышивка ликов святых и Спасителя).

Ну и минувший задача - о способе вышивки. Будто все искусство, вышивка требует не только образования и навыков, но и уважения к традиции, которая сохраняет наилучшие способы передачи тех образов, которые желает изобразить художник-вышивальщик. Для определенных видов вышивок подходят способы вышивания в перекрест, гладью, узелком и т.д. Для вышивки церковных облачений и утвари - близкие стили вышивки, для личного изображения нет переводу выработанный веками способ вышивки. Он сложный, требует большого количества времени, внимания и определенной подготовки. Поэтому там, где недостает сих составляющих, появляется разгильдяйство.

Филе ликов крестиком - это оный самый вариант халтуры, который, к сожалению, встречается во всех видах церковного искусства (то, что подходит для вышивки пейзажа, гобелена, не должно автоматически переноситься на изображение образов Царствия Божиего). Скоро впору встретить иконы, написанные без соблюдения технологии, а значит и с потерей качества как внешнего, так и внутреннего. Впору встретить подделки подина мрамор, под фреску, под дерево. Как будто обычай, причиной этих нововведений служит упрощение процесса - чаще - без злого умысла, по незнанию, для ускорения изготовления. Нарушение от проверенных технологий, видно, тоже происходит чаще всего по незнанию. Немедленно имеется прекрасные наработки по образовательному процессу в этой области. Невнимание к этому приводит к тому, что спонтанные работы похожи на выдумывание велосипеда.
 

Надежда Тэффи


... в своё время рассказ был выставлен блогером lvizza...Тэффи

ЦВЕТИК Лица нет

Наши друзья Z живут за городом.

— Там воздух первое дело.

Это чисто, что на воздух денег не .

Наша сестра поехали к ним в гости компанией.

Выехали совершенно . Положительно, если не считать мелочей: не захватили папирос, потеряли перчатки и забыли ключ от квартиры. Как-нибудь еще — на вокзале купили на один билет , чем было . Ну, что ж делать — обсчитались. Хотя и всего-то нас ехало четверо. Это было едва , что обсчитались, что в Гамбурге была лошадь, которая считала даже до шести...

Вылезли в свою очередь на той станции, на следовало. Хотя по дороге и прежде всего иногда вылезали (т.е., открыто говоря, на каждой станции), но, узнав об ошибке, же влезали в вагон.

По прибытии на место назначения испытали чуть неприятных минут: нечаянно оказалось, что адреса Z не знал. Отдельный понадеялся на другого.

Выручил нас слабый голосок:

— А вот и они!

Это была дочка Z, одиннадцатилеточка, ясная, беленькая, с белокурыми русскими косичками, какие и у меня были в одиннадцать лет (полно было из-за них поплакано, было за них подергано...).

Девочка пришла встретить нас.

— Вот не думала я, что вы приедете! — сказала она мне.

— На хрена же?

— Да мама всегда время твердила, что вы на поезд опоздаете, не в ту сторону поедете.

Я несколько обиделась. Я человек сильно . Еще только что, когда М. пригласила меня на бал, я не только не опоздала, но даже явилась на целую неделю сперва...

— Ах, Наташа, Наташа! Вы еще не знаете меня!

Ясные глазки посмотрели на меня сосредоточенно и опустились.

Обрадовавшись, что сейчас попадем , решили зайти отдохнуть в какое-нибудь кафе, пойти поискать папирос, попытаться протелефонировать в Париж, …

Но беленькая девочка сказала :

— Это видно . Мгновенно идти , где нас ждут. И наша сестра и пошли за девочкой. На родине застали хозяйку над плитой.

Она с удивлением смотрела в кастрюльку.

— Наташа, быстро скажи мне твое мнение, — что это у меня вышло — ростбиф или солонина?

Девочка посмотрела.

— Нет, чудо мое, на настоящий раз вышла тушеная говядина. Z стремительно обрадовалась.

— Вот и исключительно! Кто бы подумал! За обедом было шумливо.

Целиком любили друг друга, всем было , и поэтому говорить. Говорили весь : кто-то говорил о «Современных Записках», кто-то о том, что за Ленина нереально молиться. Грех. За Иуду церковь не молится. Кто-то говорил о парижанках и платьях, о Достоевском, о букве «ять», о положении писателей за границей, о духоборах, кто-то из нас хотел рассказать, точно в Чехии делают яичницу, да так и не успел, хотя говорил не переставая — перебивали.

И среди сего хаоса беленькая девочка в передничке ходила вокруг стола, поднимала уроненную вилку, отставляла стакан от края, заботилась, болела душой, мелькала белокурыми косичками.

Раз подошла к одной из нас и показала какой-либо-то билетик.

— Вот, я хочу вас чему-то научить. Вы ведь на дому хозяйничаете? Так вот — когда берете вино, спрашивайте экий билетик. Накопите сто билетиков, вам полдюжины полотенец дадут.

Толковала, объясняла, удивительно хотела помочь нам на свете жить.

— Будто у нас здесь ! — радовалась хозяйка. — После большевиков-то. Вы прикиньте только — кран, а в кране вода! Печка, а в печке дрова!

— Чудо мое! — шептала девочка. — Ты ешьте, а то у тебя простынет.

Заговорились до сумерек. Беленькая девочка прежде что-то повторяла по очереди, кто-то обратил внимание.

— Вам желательно с семичасовым уезжать, так пора на вокзал. Схватились, побежали.

На вокзале смертельный разговор.

— Завтра покупать для Z платье, — немало скромное, но эффектное, черное, но не , узкое, но чтобы казалось широким и главное, чтобы не .

— Возьмем Наташу, она довольно советовать.

И снова о «Современных Записках», о Горьком, о французской литературе, о Риме...

А беленькая девочка ходит вокруг, говорит что-то, убеждает. Кто-то, в конечном счете, прислушался:

— Перейти должно на ту сторону через мостик. А то поезд подойдет, вы заспешите, побежите и опоздаете.

На разный день в магазине трехстворчатых зеркала отражают стройную фигуру Z. Маленькая продавщица с масляной головой и короткими ногами накидывает на нее одно платье за другим. На стуле, серьезно сложив ручки, сидит белая девочка и советует.

— Ах, — мечется Z между зеркалом. — Вот это прелесть! Наташа, что же ты не советуешь ? Погоди, какая красота, на животе серая вышивка. Выкладывай свое мнение.

— Нет, чудо мое, неосуществимо тебе это платье. Ну как будто ты день с серым животом будешь? Если бы у тебя до черта платьев было — другое дело. А так нежизнеспособно.

— Ну, какая ты право! — защищается Z. Но ослушаться не смеет. Наша сестра идем к выходу.

— Ах, — вскрикивает Z. — Ах, какие воротнички! Это моя мечта! Наташа, тащи меня быстро , чтобы я не увлеклась.

Белая девочка озадаченно берет мать за руку.

— А ты отвернись, а ты подождите в другую сторону, чудо мое, туда, где иголки и нитки.

— Вы знаете, шепчет мне Z, — указывая глазами на дочку. — Она накануне слышала разговор о Ленине и говорит мне : «А я за него отдельный день молюсь. На нем, говорит, крови полно, его душе . Я, говорит, не могу — я молюсь».
 

Надежда Тэффи


... в своё время рассказ был выставлен блогером lvizza...Тэффи

ЦВЕТИК Лица нет

Наши друзья Z живут за городом.

— Там воздух первое дело.

Это чисто, что на воздух денег не .

Наша сестра поехали к ним в гости компанией.

Выехали совершенно . Положительно, если не считать мелочей: не захватили папирос, потеряли перчатки и забыли ключ от квартиры. Как-нибудь еще — на вокзале купили на один билет , чем было . Ну, что ж делать — обсчитались. Хотя и всего-то нас ехало четверо. Это было едва , что обсчитались, что в Гамбурге была лошадь, которая считала даже до шести...

Вылезли в свою очередь на той станции, на следовало. Хотя по дороге и прежде всего иногда вылезали (т.е., открыто говоря, на каждой станции), но, узнав об ошибке, же влезали в вагон.

По прибытии на место назначения испытали чуть неприятных минут: нечаянно оказалось, что адреса Z не знал. Отдельный понадеялся на другого.

Выручил нас слабый голосок:

— А вот и они!

Это была дочка Z, одиннадцатилеточка, ясная, беленькая, с белокурыми русскими косичками, какие и у меня были в одиннадцать лет (полно было из-за них поплакано, было за них подергано...).

Девочка пришла встретить нас.

— Вот не думала я, что вы приедете! — сказала она мне.

— На хрена же?

— Да мама всегда время твердила, что вы на поезд опоздаете, не в ту сторону поедете.

Я несколько обиделась. Я человек сильно . Еще только что, когда М. пригласила меня на бал, я не только не опоздала, но даже явилась на целую неделю сперва...

— Ах, Наташа, Наташа! Вы еще не знаете меня!

Ясные глазки посмотрели на меня сосредоточенно и опустились.

Обрадовавшись, что сейчас попадем , решили зайти отдохнуть в какое-нибудь кафе, пойти поискать папирос, попытаться протелефонировать в Париж, …

Но беленькая девочка сказала :

— Это видно . Мгновенно идти , где нас ждут. И наша сестра и пошли за девочкой. На родине застали хозяйку над плитой.

Она с удивлением смотрела в кастрюльку.

— Наташа, быстро скажи мне твое мнение, — что это у меня вышло — ростбиф или солонина?

Девочка посмотрела.

— Нет, чудо мое, на настоящий раз вышла тушеная говядина. Z стремительно обрадовалась.

— Вот и исключительно! Кто бы подумал! За обедом было шумливо.

Целиком любили друг друга, всем было , и поэтому говорить. Говорили весь : кто-то говорил о «Современных Записках», кто-то о том, что за Ленина нереально молиться. Грех. За Иуду церковь не молится. Кто-то говорил о парижанках и платьях, о Достоевском, о букве «ять», о положении писателей за границей, о духоборах, кто-то из нас хотел рассказать, точно в Чехии делают яичницу, да так и не успел, хотя говорил не переставая — перебивали.

И среди сего хаоса беленькая девочка в передничке ходила вокруг стола, поднимала уроненную вилку, отставляла стакан от края, заботилась, болела душой, мелькала белокурыми косичками.

Раз подошла к одной из нас и показала какой-либо-то билетик.

— Вот, я хочу вас чему-то научить. Вы ведь на дому хозяйничаете? Так вот — когда берете вино, спрашивайте экий билетик. Накопите сто билетиков, вам полдюжины полотенец дадут.

Толковала, объясняла, удивительно хотела помочь нам на свете жить.

— Будто у нас здесь ! — радовалась хозяйка. — После большевиков-то. Вы прикиньте только — кран, а в кране вода! Печка, а в печке дрова!

— Чудо мое! — шептала девочка. — Ты ешьте, а то у тебя простынет.

Заговорились до сумерек. Беленькая девочка прежде что-то повторяла по очереди, кто-то обратил внимание.

— Вам желательно с семичасовым уезжать, так пора на вокзал. Схватились, побежали.

На вокзале смертельный разговор.

— Завтра покупать для Z платье, — немало скромное, но эффектное, черное, но не , узкое, но чтобы казалось широким и главное, чтобы не .

— Возьмем Наташу, она довольно советовать.

И снова о «Современных Записках», о Горьком, о французской литературе, о Риме...

А беленькая девочка ходит вокруг, говорит что-то, убеждает. Кто-то, в конечном счете, прислушался:

— Перейти должно на ту сторону через мостик. А то поезд подойдет, вы заспешите, побежите и опоздаете.

На разный день в магазине трехстворчатых зеркала отражают стройную фигуру Z. Маленькая продавщица с масляной головой и короткими ногами накидывает на нее одно платье за другим. На стуле, серьезно сложив ручки, сидит белая девочка и советует.

— Ах, — мечется Z между зеркалом. — Вот это прелесть! Наташа, что же ты не советуешь ? Погоди, какая красота, на животе серая вышивка. Выкладывай свое мнение.

— Нет, чудо мое, неосуществимо тебе это платье. Ну как будто ты день с серым животом будешь? Если бы у тебя до черта платьев было — другое дело. А так нежизнеспособно.

— Ну, какая ты право! — защищается Z. Но ослушаться не смеет. Наша сестра идем к выходу.

— Ах, — вскрикивает Z. — Ах, какие воротнички! Это моя мечта! Наташа, тащи меня быстро , чтобы я не увлеклась.

Белая девочка озадаченно берет мать за руку.

— А ты отвернись, а ты подождите в другую сторону, чудо мое, туда, где иголки и нитки.

— Вы знаете, шепчет мне Z, — указывая глазами на дочку. — Она накануне слышала разговор о Ленине и говорит мне : «А я за него отдельный день молюсь. На нем, говорит, крови полно, его душе . Я, говорит, не могу — я молюсь».